Скаты-хвостоколы, вооруженные опасными ядовитыми шипами, скрываются в песке, выставив наружу одни глаза. Потревоженные, они внезапно «взлетают», окатываясь поднятым песчаным облаком.

Затонувший корабль, обнаруженный нами среди скал, не представлял ценной находки. В его трюме не оказалось сокровищ — это было всего лишь рыболовное судно. Теперь оно стало приютом обильной и разнообразной фауны. Здесь были губки,

Аквалангист всегда испытывает некоторое волнение, когда проходит между молчаливыми и скорбными шпангоутами погибшего корабля. Когда мы проплываем между уцелевшими мачтами, когда пытаемся заглянуть в заросшие люки, когда через развороченные борта мы проникаем внутрь мертвого корабля, я не могу не думать о людях, вовлеченных в эту драму. Кто они? Когда погибли? Какие приключения выпали на их долю, как они пошли на дно?

В большинстве случаев даже Шерлок Холмс оставил бы эти вопросы без ответа. В нашем распоряжении нет необходимых сведений, чтобы установить тип судна, принадлежность его к определенной эпохе, его название, национальность, груз, судьбу. Море поглотило его…

Во время длительных погружений, сталкивавших нас с голубыми рыбами-хирургами, барракудами и скатами-хвостоколами, таинственными останками кораблей, мы ни разу не обнаружили «спящей» акулы.

— Надо полагать, — были первые слова Альбера Фалько, когда он ступил на палубу «Калипсо», — что они спят только ночью.

— Это, — ответил Филипп, — меня весьма удивляет, и вы отлично знаете почему. Большинство видов акул проявляет повышенную активность после захода солнца, а не утром. Если они спят, то, по-видимому, очень недолго и преимущественно днем.