Даже документы с грифом "совершенно секретно" должны быть со временем доступны для всего населения, а гриф следует убрать как наследие прошлого. Проблема поиска заключается в том, что авторы первоисточников и в еще большей степени те, кто о них упоминают, не приводят никакой дополнительной информации относительно содержания документа, давая исключительно основное название, которое чаще всего отражает его дипломатический либо политический характер, в результате чего темы, интересующие нас более всех остальных, никогда не находят отражения в предметных указателях и не попадают в различные каталоги. Вы должны будете перерыть горы информационных материалов, имеющих самое отдаленное отношение к предмету своих изысканий, в надежде на то, что случайно наткнетесь на нужные сведения. Но удача в ходе подобных поисков приходит очень редко.

Теперь без дальнейших рассуждений я должен сообщить, что отдаю предпочтение официальным отчетам по сравнению с источниками информации любой другой формы, и вот по каким причинам. Следует честно признать, что мы в США не особенно чтим закон и его потенциальные возможности до тех пор, пока у нас не появляется необходимость в его помощи или пока закон не будет нуждаться в нашем содействии. До тех пор, пока мы не займем место для дачи свидетельских показаний в суде, почти каждый из нас считает, что лжесвидетельство — а это просто официальное название лжи при даче показаний в суде — самое нехитрое дело в мире, но очень скоро даже те из нас, кто заявляет о том, что закон существует только для того, чтобы его нарушать, осознает, что все обстоит совсем не так. Лишь немногие, да и то дважды подумав перед этим, осмелятся лгать в суде, но еще меньше найдется таких — даже среди прирожденных идиотов, — кто будет лгать в суде без каких-либо раздумий. Поэтому всякий раз, когда кто-либо по собственной воле делает некое официальное заявление, не имея никаких корыстных побуждений ко лжи, у меня появляются все основания для того, чтобы воспринимать его как истину.