— Ты угадал и получишь корову. Только поведай мне, кто тебе это подсказал, уверен, что твоя голова до этого не додумалась бы.

Долго бедняк не хотел говорить, но пан прокурор продолжал добиваться, крестьянин запутался и сказал как было.

— Ну, хорошо, коль уж твоя дочь такая хитроумная, пусть явится завтра ко мне, только не днём, но и не ночью, она не должна быть одета, но и не раздета. Пусть явится не пешком, но и не на повозке.

Бедняку опять лёг камень на сердце.

— Милая Манка! — сказал он, придя домой.— Ты правильно всё угадала, только прокурор не поверил, что это я придумал, и заставил меня во всём признаться. Теперь ты должна явиться к нему, но не днём и не ночью, не раздетой, но и не одетой, не пешком, но и не на повозке.

— Только-то и всего? Ладно, не печальтесь, я что-нибудь придумаю.

В два часа пополуночи Манка встала, взяла дерюжный, очень редко тканный мешок и надела его на себя. На одну ногу натянула чулок, на другую обула туфлю, а когда время подошло к трём — было ни день, ни ночь,— села на козу и полупешком, полуверхом добралась до города. Пан прокурор смотрел в окно и хитроумную горянку поджидал. Увидев, как ловко она сыграла свою роль, вышел ей навстречу и сказал:

— Теперь вижу, что ты смышлёная девушка. Если хочешь, возьму тебя в жёны.

— Отчего же нет? Хочу! — отвечала Манка, смерив пана прокурора взглядом с головы до пят. Жених взял красавицу невесту под руку и повел её в дом. После этого послал за отцом, за портным, велел сшить платье для будущей госпожи прокурорши.

За день до свадьбы жених наказал невесте, чтобы она никогда не вмешивалась ни в его дела в суде, ни во что другое, а если не согласна, то сию же минуту может возвращаться к отцу.