Формозов А.Н.
Шесть дней в лесах
Первому учителю в охотничьих
скитаниях по лесам и болотам,
дорогому отцу и другу —
Николаю Елпидифоровичу Формозову
эту книгу посвящает автор
Приключения юных натуралистов
Когда же я вспомню, что этой порой
Весна на земле расцветает,
И сам уж не знаю, что станет со мной:
За сердце вот так и хватает!
Теперь у нас пляски в лесу молодом
Забыты и стужа и слякоть —
Когда я подумаю только о том,
От грусти мне хочется плакать!
Теперь, чай, и птица, и всякая зверь
У нас на земле веселится;
Сквозь лист прошлогодний пробившись теперь,
Синеет в лесу медуница!
Во свежем, в зеленом, в лесу молодом
Березкой душистою пахнет —
И сердце во мне, лишь помыслю о том,
С тоски изнывает и чахнет!
I. Случайная встреча. Почему Севку звали Пичужкиным
Горностай был виновником их первой встречи, а их дружба зародилась в орешнике сизым зимним вечером.
Это было два года тому назад. Над густым чернолесьем спускались сумерки и сороки уже прилетели на ночевку, когда Гриша натолкнулся на свежий след какого - то зверька. Двойные отпечатки лапок чередовались с длинными прыжками, и тонка ленточка следа, обегая кусты ивняка, скрывалась в орешник. Гриша опустился на колени, вынул записную книжку и только набросал контуры следа, как из - за кустов послышались шорох и легкий хруст ветки. Мгновенье спустя, с шипением снега, рассекаемого быстро бегущими лыжами, скатился в лощину высокий, худощавый мальчик с ружьем за плечами. Он был несколько старше Гриши и казался не менее удивленным, чем застигнутый врасплох и медленно поднимавшийся с колен художник. "Вам понравились следы горностая?" — спросил незнакомец, чтобы как - нибудь нарушить неловкое молчание.