А как-то в большом ведёрке он ему какую-то грязь припёр. Грязнее грязной.

- Лечебная, - уверял. - Болотная. Заройся в неё с головой. Все хвори как рукой снимет!

Заботился о нём Хома. Увидит на тропинке Ежа, тут же скомандует Суслику:

- Сойди с тропы, пропусти инвалида.

Всё это почему-то раздражало неблагодарного Ежа. Но он помалкивал. У старости есть свои преимущества. Ёж был мудрым. А мудрость приходит с годами. Можно, конечно, родиться умным, но мудрым никто не рождается. Мудрецами становятся.

И очень жаль. Как только самым премудрым станешь, пора на вечный покой. Так, наверно, придумано, чтобы старики вконец не зазнались.

А вот Хома, хотя и мудрецом не был, сильно зазнался.

- Ежу без меня никуда! Старый слишком. Шаг пройдёт, два - отдыхает. Скоро его на верёвочке водить буду. В детство впадает старикан.

- В детстве хорошо, - размечтался лучший друг Суслик. - Все о тебе заботятся. Балуют. Ты его смотри не избалуй, - предупредил он Хому. - Не оберёшься тогда хлопот.

- Кого учишь! - заважничал Хома. - Я его строго балую.

- Во-во, никаких поблажек. По себе знаю.

И вот, пожалуйста. Увидел однажды Хома, как старина Ёж пытается через канаву перейти. По брёвнышку. Кинулся к нему Хома. Кричит:

- Подожди меня, я тебя переведу. Подожди, упрямец!

А Ёж, видать, слышит плохо. Шагнул на брёвнышко. Идёт, покачивается.

Не успел-таки Хома помочь. Старина Ёж на другую сторону перешёл. Сам.

Хома за ним перескочил:

- Ты что? Упасть мог! В твоём возрасте...

Так и не узнал Ёж, что в его возрасте делать надо. Волк прямо на Хому из-за куста выскочил!

Тут бы Хоме конец. Да старина Ёж, дряхлый, подслеповатый, глуховатый к тому же, вдруг бросился под ноги Волку.

- А-а-а! - взвыл Волк. И рухнул в канаву.

Сколько он потом из лап ломких иголок повыдёргивал - молва умалчивает.

А Хома такого дёру дал, что только дома опомнился! Что ни говори, а страх великие силы пробуждает. Подспудные.