Охотники ушли, а Бишу еще долго выжидала, прежде чем подползти к тому, что осталось от ее родителей. Она не могла понять, куда исчез родной, столь привычный запах, не могла попять, почему вдруг оказалась одна.

Вокруг замерцали зеленые огоньки глаз, и Бишу учуяла шакалов. Двое из них осмелились приблизиться к останкам, но она резко выбросила вперед лапу с острыми, как иголки, когтями и разодрала одному из шакалов морду. Трусливые хищники убрались прочь.

По хлопанью крыльев на деревьях Бишу узнала грифов. Когда те начали слетаться к добыче, Бишу бесстрашно заметалась между ними, отчаянно кусаясь и царапаясь, пока отвратительные пожиратели падали не разлетелись.

Крупная коати, любопытная, длинноносая, с разрисованным колечками хвостом, подкралась к Бишу и замерла, оценивая ее силу. Коати миролюбивое животное, но, потревоженная, способна вступить в бой с любым противником, даже превосходящим ее по силе.

Она набросилась на Бишу без предупреждения. Та отпрянула в сторону, избежав мощных когтей, и ловко полоснула коати по длинной морде, выцарапав глаз. Покалеченная коати, истошно визжа, бросилась наутек. И тогда Бишу вдруг осознала, что осталась одна и что больше никто не придет ей на помощь.

Это было давно… А теперь за ней гнались охотники.

Лес был наполнен звуками: не умолкали крики борбетты – ярко-красного попугая, кичливо оповещавшего сельву о своем пробуждении; вдалеке слышался плеск воды, разбивавшейся о камни; вверху суматошно вопили потревоженные выстрелами обезьяны; гортанно заклохтал тукан, которого напугала свалившаяся с ветки змея; громко хлопая крыльями, взлетели криптуреллы…

Бишу напряженно выжидала, навострив уши, ловя малейший шорох. Вскоре оттуда, где вспорхнули птицы, донесся человеческий голос. Для Бишу он означал опасность.

Теперь всем поведением Бишу руководили два закона.

Первый гласил: «Прежде всего узри опасность и оцени ее». Соблюдение этого древнего закона позволяло ягуарам оставаться в живых, когда все объединялись, чтобы их уничтожить.