На утро шестого дня пребывания в лазарете мальчик проснулся от невообразимого шума. Над фортом словно нависла грохочущая туча, полная криков и ружейных выстрелов.

Георг ожидал обычного утреннего выстрела и сигнала побудки, но ничего не было.

В конце концов он, по-прежнему еще опираясь на палку, выскользнул за двери, а затем вскарабкался на насыпь за лазаретом. Шум доносился от главных ворот.

Позади дома коменданта Георг осторожно проковылял к бастиону и стал смотреть через частокол. У ворот толпились индейцы. Но вот цепочкой, друг за другом, они стали проходить перед оружейным складом, получая ружья, мешочки пороха и пули. Снаружи форта стоял батальон французских солдат гарнизона, в своих темных мундирах значительно менее заметный, чем украшенные перьями и размалеванные их помощники.

Постепенно суматоха улеглась. Солдаты выступили. Несколько индейцев ехали в авангарде, остальные следовали позади.

«Значит, действительно приближается Брэддок! Генерал наверное недалеко. Но что может сделать эта горсточка выступивших из форта людей? С ней сможет справиться одна милиция. Не будет ли Брэддок здесь уже к вечеру?»

Медленно шло время. Георг от волнения даже не притронулся к обеду. Громкий шум утра сменила давящая, томительная тишина. Только кудахтанье кур, принимавших солнечные ванны в горячем песке крепостного вала, прерывало покой, воцарившийся на плацу между строениями форта. Леса по другую сторону реки стояли неподвижно, точно напряженно прислушиваясь к тому, что происходит к югу от них.

Было далеко за полдень, когда весь форт пришел в движение. Георг поспешно заковылял к двери. У ворот слышался шум голосов. Солдаты спешили через двор; даже повар побежал куда-то, размахивая поварешкой. Мальчик крепко ухватился за повара, который знал немного по-английски и с которым он подружился.

— Что случилось?