Как только мы оказались на этой реке, мой отец бросил в воду часть имевшейся у него священной краски и табака и сказал:

– Хайя, Подводные Люди

На третью ночь, когда мы плыли мимо одной скалы, на ее вершине завыли волки. В ответ послышались громкий вой и лай в большой пойме, лежащей ниже.

– Это не волки, это собаки, – сказал мой отец. – Там расположился большой лагерь.

Мы подплыли еще ближе к берегу, высадились на сушу ниже возвышенности.

– Может быть, это вражеский лагерь?.. – предположил я.

– Нет, это невозможно. Ни один враг не осмелится расположиться в центре нашей страны. Это, должно быть, Внутренний Народ

Прошло много лет с того времени, как наши отцы приняли Внутренний народ под свое покровительство. В то время их было мало, они были бедны и скитались по разным местам, преследуемые кроу и ассинибойнами, сиу и минетарис, чейеннами и племенами стейк. Под нашей защитой они стали многочисленными и богатыми. Большая часть их племен говорила на нашем языке.

– Кья! Нам незачем бояться их, – сказал мне отец и направился к вигваму вождя – Вороньего Колчана.

Вороний Колчан, сидевший в глубине вигвама, узнав посетителя, от удивления шлепнул рукой себе по губам

– Мой друг Пятнистый Медведь! Это ты!

И, ткнув растопыренным пальцем правой руки в ладонь левой, заявил:

– Я дарю тебе двух лошадей, черную четырехлетку и пятнистую – быстрого скакуна, обученного охоте на бизонов. Так! Теперь садитесь сюда, подле меня!

Да, так поступали в те отдаленные и благополучные для нас времена близкие друзья, долго не видевшие друг друга! Они старались войти к другу неожиданно и крикнуть ему: «Я дарю тебе лошадь!» или «несколько лошадей!» Это делалось для того, чтобы его обрадовать. Правда, подарок должен был сделать мой отец, когда он ступил в вигвам, но у него не было лошадей.