Между тем, в земле была вырыта яма для центрального стояка высотой в четыре роста высокого человека, имевшего на конце развилку. Мы поставили его, хорошо утрамбовали землю вокруг и затем выкопали ямы для высоких стояков стен. Они ставились по кругу, который в ширину был более двадцати шагов. Пока мы устанавливали их на свои места, село солнце. На этом окончился первый день Великого Вигвама.

На следующее утро рядом с двумя поставленными днем раньше вигвамами для потения были построены еще два. И в то время как знахари молились в них и выкурили много трубок в честь Солнца и всех могущественных богов неба, земли и воды, мы все укладывали жерди стен Великого Вигвама, жерди на крышу и покрывали его ветками.

Около задней стены вигвама, напротив входа, из тонких жердей и веток было отгорожено небольшое помещение, в котором во время церемонии должен был пребывать и поститься Творец Погоды. Им всегда был самый могущественный знахарь. Если на небе появлялись дождевые облака, он должен был выйти, дунуть в свою дудку, украшенную перьями из крыльев орла, и обратиться с молитвой к Птице Грома, чтобы она прогнала их.

Когда мы заканчивали строительство, появились женщины с сотней сушеных священных бизоньих языков. Они сложили их на чистую белую кожу у основания центрального столба в вигваме. Теперь все было готово, и моя мать, возглавлявшая женщин, давших обет, могла открыть великую церемонию.

Заново раскрасившись в честь Солнца краской, сделанной из обожженной земли, она вышла из вигвама. За спиной у нее была священная сумка. С высоко поднятой головой она направилась к Великому Вигваму. Шла она очень медленно, то и дело произнося молитвы, часто останавливалась, поднимала вверх к Солнцу свои руки и умоляла его сжалиться над нами и ниспослать все доброе.

Люди следили за ней, не двигаясь и не произнося ни слова. Мы все чувствовали, что Солнце поддерживает ее, прислушивается к тому, что она говорит, и благосклонно принимает ее молитвы.