Да, эти дакота озадачили его. И зачем воин с мальчиком едет через прерии? Может быть, отец приучает сына охотиться? Но где! В местах охоты сиксиков! Детям место у палаток и на полях охоты своего племени. Так заведено у людей, так должно быть и у этих хищных койотов, которые похожи на людей.

Что же нужно дакота от сиксиков? Если бы у них были враждебные намерения, они бы не ехали так открыто. Но не могли же дакота явиться во владения сиксиков как друзья? Нет, что-то тут не так. Этот человек с мальчишкой — такая же загадка, как и его оружие. Лучше всего доставить обоих в лагерь, и пусть вождь и жрец постараются разгадать эту загадку. Но как без кровопролития и не теряя достоинства заставить незнакомцев ехать с ними?

Воин с орлиными перьями имел все основания думать, что дакота его не понимают, и обратился к одному из своих:

— Мой брат, ты по праву носишь имя Мудрый Змей, скажи, как нам быть? Этих воинов с их конями и оружием надо представить нашему жрецу и совету старейшин. Плохо, если мы вступим в борьбу и убьем их. Мы потеряем не меньше двух воинов, а тайны этих людей так и не узнаем.

— Хромой Волк, — ответил воин, которого назвали Мудрым Змеем, — у дакота нет на лицах боевой раскраски. Мы тоже уже два солнца назад закопали томагавк войны. Этого человека и его сына можно привести к нам не вступая в борьбу.

— Мы думаем так же. Но ведь эти воины не знают, что думаем мы. Скажи им об этом, Мудрый Змей.

Матотаупа и Харка следили, как менялись выражения лиц их противников во время разговора. Они ждали. Воин по имени Мудрый Змей смотрел на Матотаупу и припоминал слова дакота, которые ему приходилось слышать во время схваток и от пленников.

— Мир, — сказал он. — К палаткам!