товаров хозяева в зону не пропускали.)

 В руках у хозяев оставалось еще три вида снабжения зоны: электричество, вода, медикаменты. Воздухом распоряжались, как известно, не они. Медикаментов не дали в зону за сорок дней ни порошка, ни капли иода. Электричество отрезали дня через два-три. Водопровод - оставили.

 Технический отдел начал борьбу за свет. Сперва придумали крючки на тонкой проволоке забрасывать с силой на внешнюю линию, идущую за лагерной стеной - и так несколько дней воровали ток, пока щупальцы не были

 обнаружены и отрезаны. За это время Техотдел успел испробовать ветряк и

 отказаться от него и стал на хоздворе (в укрытом месте от прозора с вышек и

 от низко летающих самолетов У-2) монтировать гидроэлектростанцию, работающую

 от... водопроводного крана. Мотор, бывший на хоздворе, обратили в генератор

 и так стали питать телефонную лагерную сеть, освещение штаба и...

 радиопередатчик! А в бараках светили лучины... Уникальная эта гидростанция

 работала до последнего дня мятежа.

 В самом начале мятежа генералы приходили в зону как хозяева. Правда, нашёлся и Кузнецов: на первые переговоры он велел вынести из морга убитых и громко скомандовал: "Головные уборы - снять!" Обнажили головы зэки - и

 генералам тоже пришлось снять военные картузы перед своими жертвами. Но

 инициатива осталась за гулаговским генералом Бочковым. Одобрив избрание

 Комиссии ("нельзя ж со всеми сразу разговаривать"), он потребовал, чтоб

 депутаты на переговорах сперва рассказали о своём следственном деле (и

 Кузнецов стал длинно и может быть охотно излагать своё); чтобы зэки при