(За этой заботой никому не был досуг развернуть "Правду" этого дня. А она была тематическая - день нашей родины: успехи металлургов, шире

 механизированные уборочные работы! Историку легко будет обозреть нашу

 Родину, какой она была в тот день.)

 Любознательные офицеры могли осмотреть теперь тайны хоздвора: откуда брался ток и какое было "секретное оружие".

 Победители-генералы спустились с вышек и пошли позавтракать. Никого из них не зная, я берусь утверждать, что аппетит их в то июньское утро был безупречен и они выпили. Шумок от выпитого нисколько не нарушал идеологической стройности в их голове. А что было в груди - то навинчено

 было снаружи.

 Убитых и раненых было: по рассказам - около шестисот, по материалам производственно-плановой части кенгирского отделения, как познакомились с

 ними через несколько месяцев - более семисот.16 Ранеными забили лагерную

 больницу и стали возить в гордскую. (Вольным объясняли, что войска стреляли

 только холостыми патронами, а убивали друг друга заключённые сами.)

 Рыть могилы заманчиво было заставить оставшихся в живых, но для большего неразглашения это сделали войска: человек триста закопали в углу зоны, остальных где-то в степи.

 Весь день 25 июня заключённые лежали ничком в степи под солнцем (все эти дни - нещадно знойные), а в лагере был сплошной обыск, взламывание и

 перетрях. Потом в поле привезли воды и хлеба. У офицеров были заготовлены

 списки. Вызывали по фамилиям, ставили галочку, что - жив, давали пайку и

 тут же разделяли людей по спискам.

 Члены Комиссии и другие подозреваемые были посажены в лагерную тюрьму, переставшую служить экскурсионным целям. Больше тысячи человек - отобраны