Шоколад просто невозможно сделать без бобов какао. Бобы какао — это шоколад Кстати, и наоборот. Ни своей фабрике я использую миллиарды бобов какао в неделю. Так вот, дорогие друзья, прослышав о столь необычной страсти умпа-лумп, я тут же узнал адрес их вождя и даже не поленился вскарабкаться на самое высокое дерево, где жил он со своей семьей. Я тихонько отворил дверцу и увидел... истощенного, умирающего от голода вождя, склонившегося над тарелкой с гусеницами и изо всех сил старавшегося заставить себя проглотить хоть одну из этих омерзительных тварей. «Значит так,— сразу сказал я, конечно, не по-нашему, а по умпа-лумповому,— если вы согласитесь работать на моей фабрике, то и вам и всему вашему народу я гарантирую бобы какао на завтрак, обед и ужин каждый день; более того, я готов вам платить за работу исключительно бобами. У меня на складе их целые горы. Вы можете просто объедаться ими».

— Вы не шутите? — недоверчиво воскликнул вождь, вскочив со стула.

— Конечно же, нет,— ответил я. — Кроме того, вы сможете получать и шоколад. В известном смысле он даже вкуснее, чем бобы какао, потому что в него добавляют молоко и сахар.

Вождь издал радостный возглас и тут же выбросил чашку с давленными гусеницами прямо из окон своего шалаша.

— Ура-а-а — восторженно завопил он. — Мы согласны Мы готовы отправиться хоть сейчас

В конечном итоге я перевез все племя умпа-лумпа сюда — мужчин, женщин и детей. Впрочем, это не составило особого труда: я поместил их в большие багажные ящики с просверленными отверстиями и тайно провез на фабрику. Они великолепные работники. За две недели выучили наш язык. Они обожают танцы и музыку и постоянно сочиняют песенки. Не сомневаюсь, вы их еще услышите. Хотя должен сразу предупредить: они довольно озорные создания и любят подшутить. Одеваются они так же, как принято у них в джунглях. Это их законное право, и я не имею ничего против. Мужчины носят оленьи шкуры, а женщины делают свою одежду из листьев и меняют их каждый день; дети же не носят ничего вообще.