Если страсть была удовлетворена, то властолюбие не ослабло ни в Эвридике, ни в ее любовнике. Старший из трех сыновей Эвридики был провозглашен царем под именем Александр II; чтобы отнять у него власть, Эвридика и Птолемей расправились с ним таким образом, что на преступление наложилось еще и святотатство. Во время ритуального танца, при котором присутствовал молодой царь со всеми атрибутами верховного жреца, Птолемей, затеявший с воинами из своей стражи подобие схватки, приблизился к безоружному царю и пронзил его мечом. Затем он настоял на том, чтобы это убийство признали несчастным случаем. Царем провозгласили второго сына Эвридики, Пердикку, а регентом – Птолемея Алороса, тогда как последнего сына, Филиппа, вначале отправили на родину матери, в Линкестиду, чтобы держать его подальше от трона, а затем в Фивы в качестве заложника. Проведя несколько лет в безвластии, под угрозой смерти, Пердикка III смог наконец покончить с ужасным Птолемеем. Филипп вернулся из Фив, чтобы помочь своему брату. Эвридика сбежала и укрылась в своем родном племени, но не сложила оружия. У нее была душа полководца, она умела вести воинов в бой. Она собрала войска, спустилась к Пелле и отомстила за смерть любовника, убив второго своего сына.

Племя македонцев ни в чем не уступало ни Атридам, ни потомкам Лайя; Эвридика из Линкестиды превзошла Клитемнестру; а одному из ее сыновей, оставшемуся в живых, пришлось превзойти Эдипа.

Филипп, последний сын Эвридики, прекрасно знал, какая ему уготована судьба; он предупредил события, убив свою мать. Петля затянулась, круг замкнулся; убийство матери под стать детоубийству.

Однако все это время могущество Македонии крепло, несмотря на трагедии, происходящие с ее правителями. Всегда удивительно видеть, как народ выходит на первый план, в то время как смуты раздирают тех, кто над ним властвует и кровь заливает дворцовые плиты.