– Ладно, Николай Валерьевич, я сделаю всё от меня зависящее. Я свяжусь с людьми, я…

– Минутку, Павел Константинович. Прежде чем связываться с кем-либо, постарайтесь правильно ограничить круг извещаемых об этом людей.

– Да, конечно! Я вас понял, Николай Валерьевич. Я свяжусь с президентом, надеюсь, он также согласится на вашу авантюру, как и прошлый президент.

– Тут, – профессор положил на стол свою папку, – всё, что нужно для осуществления проекта. Там же и результаты наших исследований. Ознакомьтесь – и вы убедитесь, что это не может быть авантюрой. Там итоги многих лет нашей работы.

– Обязательно, – заверил собеседника Русаков.

– Вот мой номер телефона, – Николай положил поверх папки свою визитку, – прошу звонить в любое время дня и ночи.

Через двадцать часов Русаков разговаривал с президентом Русии. Кормильцев заинтересовался проектом, но более всего он спрашивал о причинах произошедшего с ним провала ранее.

– А какова вероятность положительного исхода проекта, Павел Константинович?

– Честно говоря, я не знаю точно, Илья Михайлович. Но профессор Сергиенко уверяет, что на этот раз он учёл все ошибки и недочёты, что помешали работе его аппаратуры в прошлый раз.

– Если канал откроется, будет ли поддерживаться его рабочее состояние?

– Неизвестно. Сейчас нельзя сказать утвердительно, только после испытаний на месте перехода.

– То есть вы предлагаете сущую лотерею? – Взгляд Кормильцева остановился на карте Русии, занимавшей практически всю стену кабинета президента.

Негромко пискнул динамик, Кормильцев утопил клавишу приёма: