Только попыталась привести в относительный порядок свои взъерошенные мысли, задуматься о своей дальнейшей жизни, как прибежала Марта – звать меня к тетушке.

Радость, радость, радость! Мы уезжаем. Уезжаем далеко-далеко. Но я должна рассказывать последовательно. В малой гостиной тетушки я застала нашего дальнего родственника, господина фон Витте. Он приехал на самом рассвете, когда я еще спала. Он привез тетушке долгожданное письмо. И теперь мы собираемся в далекий путь. Оказалось, вот уже месяц или чуть больше, как фон Витте соблазнил тетушку неким выгодным предложением. Нет, нет, не из области нежных страстей. Это не похоже на пошлую сплетню, это похоже на сказку. На прекрасную сказку о волшебном путешествии в неведомую страну.

Дело вот в чем. В далекой северной Русландии, то есть в государстве, называемом Московия, обитает юная принцесса, которую требуется образовать, обучить всему, что потребно знать благородным девицам. И моя любезная тетушка Адеркас получила соблазнительную должность гувернантки и компаньонки принцессы, московитской принцессы, наследницы московитского престола.

Мы собираемся в дальнюю дорогу, запасаемся меховой одеждой. Говорят, в Московии необычайно холодно, и зимой и летом повсюду лежит снег. Дома по самые крыши занесены сугробами. По заснеженным улицам бродят удивительные белые медведи. Крестьяне очень послушны своим господам. Все жители, и мужчины, и женщины, и даже маленькие дети, без конца пьют крепкую водку; и даже младенцам наливают в рожки водку вместо молока. Знатные господа, бароны и графы, ездят в санях, запряженных едва прирученными волками. И еще тысячи и сотни и десятки всевозможных немыслимых чудес. Но мне жаль Карла. Бедный Карлхен! Он в полнейшем унынии. Я, девица, отправляюсь навстречу приключениям, в далекую варварскую страну, а он, юноша, принужден киснуть в замке среди живописных, но таких скучных окрестностей. Впрочем, господин фон Витте обещает замолвить словечко и за нашего Карла. Благородный человек господин фон Витте! Как приятно, что он до сих пор не позабыл многих одолжений и благодеяний, оказанных ему нашим покойным отцом. Но сколько еще придется прождать Карлу, прежде чем начнется для него истинная, подлинная жизнь!