— Конечно, сэр! Ведь объявляют же голландские антикварии Калигулу основателем одного из маяков из-за букв С.С.P.F., которые они истолковывают как Caius Caligula Pfarum Fecit

— Совершенно верно. И их объяснение всегда считалось разумным. Я вижу, из вас выйдет толк даже раньше, чем вы наденете очки, хотя вам показалось, что следы этого великолепного лагеря неясны, когда вы разглядывали их в первый раз.

— Со временем, сэр, и под хорошим руководством…

— … вы станете лучше разбираться, не сомневаюсь. При следующем посещении Монкбарнса вы просмотрите мой довольно заурядный очерк о римских лагерях с кое-какими замечаниями об остатках старинных укреплений, недавно открытых автором у Кем оф Кинпрунз. Мне кажется, что я привел неопровержимые доказательства древности сооружений. В связи с этим я предпосылаю несколько общих правил о том, какого рода свидетельствами следует в подобных случаях руководствоваться. Между прочим, прошу вас обратить внимание, например, на то, что я мог бы использовать и знаменитый стих Клавдиана «Ille Caledoniis posuit qui castra pruinis» … Взгляни, взгляни же, Ловел!Взгляни на бой, кипящий на горах!Драконьей чешуей сверкают брони,Летят бойцы, как вихрь! Гляди на них.Тебе не видеть Рима! ..

Да, мой дорогой друг, судя по этой строфе, вероятно — нет, почти достоверно, — что Юлий Агрикола видел картину, так превосходно описанную нашим Бомонтом! С этого самого praetorium…

Раздавшийся сзади голос прервал это восторженное описание:

— Преторий тут, преторий там, будет вам выдумывать!

Оба джентльмена разом обернулись, Ловел — с удивлением, а Олдбок — со смешанным чувством удивления и негодования по поводу столь невежливого вмешательства.