– Авось, – сказала Таня и беззаботно махнула рукой, – на солнышке высохнем!

И, не взглянув на Дёмушку, который смотрел на них и смеялся, они полезли наверх из котлована.

И только вылезли – их тут же увидел инженер Николай Петрович, главный хозяин на стройке.

Алёнка заробела и хотела скатиться обратно в котлован. Тане тоже стало не по себе. Она опустила глаза, перебирая рукой намокший подол платья.

– Вы что тут делаете? – спросил Николай Петрович.

Услышав такой строгий голос, Алёнка уже спустила одну ногу в котлован. Но Таня поглядела на инженера и ответила:

– Мы ничего.

– А костры не разжигаете?

– А зачем нам?

– Ну – зачем! Ведь вы, ребятишки, как увидите – стружек много, так и костры жечь. Я почём знаю зачем? Может, сморчки жарить, может, картошку печь.

Как сказал инженер про жареные грибы да про печёную картошку, так Алёнка сразу вздохнула:

– Ой, как есть хочется!

А Таня тоже подумала:

«Вот если бы и правда кто-нибудь сейчас жёг костёр да пёк картошку!»

Но она ничего об этом не сказала.

– Нет, – ответила Таня инженеру, – мы никакие костры не разжигаем. У нас даже и спичек нету.

– А что же вы здесь делаете?

– Так. Смотрим.

Тут подошёл к инженеру молодой механик Саша Хрусталёв:

– Николай Петрович, пилораму пускать?

– А наладил?

– Наладил.

– Пускай. А я вот счета проверю – приду посмотрю, как там у тебя.

И оба пошли в разные стороны: инженер налево, в новенький домик, где только что устроили контору, а Саша направо, к большим стропилам, которые неизвестно для чего стояли среди брёвен и стружек.

Из котлована показался Дёмушка. Он был весь в песке и глине, штаны его были высоко подкручены, а рукава рубашки потемнели от воды.

– Эх, чуть трёхтона не поймал! – сказал Дёмушка. – В тину уполз, никак не найдёшь!