– Кто? А у вас кто двигает?

– У нас!..

Саша вдруг замолчал, словно чего-то испугался. А потом сказал почти шёпотом:

– У нас её чудо-юдо двигает!

Таня и Алёнка сразу присунулись к нему поближе:

– Где чудо-юдо?

– Какое чудо-юдо?

– Страшное чудо-юдо, – сказал Саша, – чёрное, сердитое. На шести лапах стоит. Силы у него сколько хочешь! Копром кто бьёт? Это чудо-юдо бьёт. Помпой кто работает? Оно. Пилами кто двигает и бревно подаёт кто? Тоже оно. Всю стройку оно движет. И что ни заставь – всё сделать может. Только сердитое очень: чуть что не по нём – так фыркнет, зашипит и сразу всю работу бросит. Уж мы за ним смотрим, чистим, маслом его мажем…

– Каким маслом – коровьим? – спросила Алёнка. – Он небось постное-то ещё и не любит.

– Не коровьим, а машинным, – сказал Саша, – самым чистым.

– А! – засмеялась Таня. – Ну, значит, это не чудо-юдо, а машина какая-нибудь!

– Хорошо, – сказал Саша. – А вот ты пойди да загляни в тот сарайчик. И скажи, чудо-юдо это или нет. И скажи, живое оно или нет. Пойди-ка, пойди!

И опять было непонятно – не то Саша шутит, не то правду говорит.

– Алёнка, пойдём? – негромко спросила Таня.

Алёнка поёжилась:

– Боязно…

А Дёмушка стоял и смотрел на них: если они пойдут, то и он пойдёт. Чудо-юдо в сарае – это тебе не лягушка какая-нибудь, это тебе не тритон, у которого даже и зубов-то не найдёшь!

Подружки постояли, подумали, а потом всё-таки пошли к сарайчику. Новенький тесовый сарайчик белел на солнце, и на стенках жёлтыми каплями блестела смола. И чем ближе подходили они к нему, тем слышнее становился ровный, глухой гул, который доносился оттуда.

Недалеко от сарайчика девочки остановились.

– Дёмка, иди первый, – сказала Алёнка.

– Иди сама, – ответил Дёмушка.

– А я вот и совсем не пойду, – сказала Алёнка. – Очень надо мне на него смотреть!.. Тань, пойдём отсюда?