– Я сказала, ты уже умер, – ядом упали в его сердце слова Марты.
Отпавший открыл глаза, и ужас смертный, маятный, парализовал его. Где дерзкая девчонка? Он не успел додумать.
В тот же миг его свалила с ног огромная белая волчица, подмяла, сомкнула клыки на груди. И кожаный доспех не помог. Она рвала его отчаянно, исступленно, неистово, беззвучно. Убийца Лиут пронзительно закричал и вскоре смолк.
Марта схватила Танату за руку и выскочила прочь из покоев матери.
Галерея Храма Странствий была по-прежнему пустынна. Вдалеке послышались крики встревоженных богов.
Марта в отчаянии закрыла глаза.
Слишком поздно. Боги тоже опаздывают прийти на помощь…
…Я был неповинен в страшной гибели Лиут. Это все Карис, она перехватила инициативу. Именно благодаря постепенному обескровливанию Разума ей в конечном итоге удалось развязать войну на уничтожение. Отпавшие жаждали противостояния с предельным напряжением сил. В этой борьбе им виделся источник какого-то невиданного, непрочувствованного еще экстаза.
Борея никогда не стремилась разрушить Отпавшую землю. Я, темный мистик бездны, прекрасно понимал это. Нам пришлось заставить Борею пойти на крайние меры!
Но видят небеса и бездна, я не хотел гибели Лиут!
Это все Карис, ревнивая Карис!..
…Бора низко склонился пред алтарем. Погрузившись в горестные мысли, он не замечал ничего вокруг, и только поглаживал камень алтаря, опаленного ударом молнии. Поглаживал в отчаянной попытке почерпнуть силы в священном для его сердца месте. Но не мог обрести Единый утешения.
Марта бесшумно приблизилась к нему и нежно погладила по голове. Ни в одном другом месте не отважилась бы она на подобный жест, но здесь, в этот момент, Марта была не только дочерью владыки Бореи, она была Тринадцатой Богиней, Белой Богиней Судьбы, равной, а, может быть, даже и высшей Бора по рангу.
Бора вскинул на нее глаза, схватил руку богини и провел ею по лицу. Он тоже сейчас видел в ней Более Могущественную Силу.