Ночью я проснулся от изжоги, мои птенцы тоже беспокойно себя вели, просили пить, чтобы успокоить жжение внутри. Возможно, в змейках было уже немного яда, и мы проглотили его, когда расклевывали их.

"На что мне были эти соседские дети? – подумал я тогда. – Надо ли быть настолько жадным, да и мясо у них противное!"

Я считал, что змея уползла навсегда и больше мы с ней не увидимся. Но случилось иначе. Не зря предупреждал меня младший орленок, самый мудрый из сыновей.

Змея, дождавшись следующего утра, взмолилась Шамашу:

– Помоги же мне наказать злодея, бог великий и справедливый!

И Шамаш помог.

Он указал змее на мертвого буйвола. Этот буйвол умер накануне от старости, и тело его лежало на краю оврага. Возможно, и сегодня на том месте валяется груда костей – все, что остается от умерших буйволов.

Змея заползла во-внутрь, а я, не догадываясь об этом, разглядел мертвое тело с высоты, устремился к нему, вонзил свои когти и стал вырывать куски мяса. Тут-то змея на меня и накинулась сзади.

Она обломала мне крылья, вырвала когти, перья и долго таскала меня по острым камням. Я стонал и молил о пощаде. Но она подтащила мое ослабевшее тело к пропасти и швырнула меня на самое дно. Здесь я и умирал до того мгновения, пока ты, о могущественный и добрый царь, не нашел меня.

– Великий Шамаш велел передать тебе, что наказание кончено, и ты можешь вернуться в гнездо к своим детям, проговорил царь Этана.

И тут он увидел, как из глаз орла упали на сухую землю две большие слезы.

* * *

Из глаз орла упали на сухую землю две большие слезы.

– Нет у меня больше ни дома, ни детей. Орлята не умели летать, но постоянно просили есть. За дни, пока я лежал здесь, они или умерли с голоду, или разбились, упав с высоты, или сами стали чьей-то добычей. Единственный дом мой теперь – это твой дом, о, великий царь! Вылечи меня, и ты получишь верного слугу до конца моей жизни.