Торгово-ремесленный поселок вятичей на Боровицком мысу рано выделился среди других многолюдством и богатством. Можно предположить, что в действительности на холме существовало целых два поселка. Один занимал вершину, в районе нынешней Соборной площади, второй, значительно меньший, находился на оконечности мыса — при впадении Неглинной в Москву-реку. Каждый из них имел круговое укрепление из рва и вала с частоколом. Окружавшие их посады развивались вдоль Москвы-реки и Неглинной. На склоне Неглинной археологам удалось обнаружить остатки «конюшни» — части постоялого двора. Эта часть посада была ближе к перекрестью торговых путей, тогда как другая — тянувшаяся вдоль Москвы-реки — отводилась под пристани. Причем была Москва-река серьезным, а то и вовсе неодолимым препятствием, как рассказывает одно из древних стихотворений Кирши Данилова:

Переехал молодец За реку за Смородину. Он отъехал как бы версту-другую. Он глупым разумом похваляется: «А сказали про быстру реку Смородину — Ни пройти, ни проехати. Ни пешему, ни конному, — Она хуже, быстра река, Toe лужи дождевыя!» …Воротился молодец За реку за Смородину… Нельзя чтоб не ехати За реку за Смородину: Не узнал добрый молодец Того броду конного, Не увидел молодец Перевозу частого, Не нашел молодец Он мосточку калинова, Поехал он молодец Глубокими омуты Да и стал тонуть. Утонул добрый молодец Во Москве реке Смородине.

С северо-запада селение на Боровицком холме имело дополнительную защиту в виде промоины естественного происхождения, возникшей от срастания двух оврагов, которые прорезали берега Неглинной. Один проходил у Троицких ворот нынешнего Кремля, второй — между Второй Безымянной и Петровской башнями. Эта промоина служила фортификационным целям еще в дославянские времена.