— Затем, чтобы всадник, о котором я тебе говорил, не прошмыгнул незамеченным.

— Кто это?

— Потом. Поторопись!

Дверь наружу была закрыта на обычный деревянный засов. Мы подняли задвижку и вышли на двор. Шимин вынул из кармана ключ и отпер кузницу. Скоро в горне заплясал огонь, разогнавший темень. Именно это мне и было нужно.

Пока он занимался горном, я пошел на задний двор проведать коня. Там было все в порядке, и я вернулся в кузницу.

— Огонь уже горит, — сообщил он. — Какие еще будут указания?

— Быстро выйди из круга света. Сядем возле двери, где темно.

Мы уселись на большое полено, и я сказал:

— Теперь давай обсудим положение. Скоро здесь проскачет всадник, с которым я собираюсь переговорить. Но до этого он не должен догадываться о моем присутствии. Он наверняка остановится здесь, чтобы задать какие-то вопросы. Прошу тебя завести его как можно глубже во двор, а затем заманить в дом.

— Ты мой спаситель, я сделаю все, что скажешь, и не буду спрашивать зачем. Но знаешь ли ты, какие вопросы он будет задавать?

— Да, он непременно спросит, не проезжали ли тут трое всадников.

— Трое всадников? Когда?

— Сегодня в полдень.

— Что за всадники?

— Он спросит о двух белых и одной темной лошадях. Но по дороге они обменяли темного на светлого.

— Итак, они на трех белых?

— Да.

— Хаша! Бог, спаси и сохрани! Не этого ли Манаха эль-Баршу из Ускуба ты имеешь в виду? — И он возбужденно вскочил с бревна.

Я тоже привстал, так поразил меня его неожиданный вопрос.

— Ты его знаешь?

— Уже довольно давно, но сегодня он как раз побывал у меня.

— Да? Он навестил тебя?

— Причем со своими спутниками, которые избили меня, связали и затолкали в подвал, где я с женой задохнулся бы, если б не ты.

— Так это были они? Тогда я скажу тебе, что тот, кого я поджидаю, — их сообщник!

— Я убью его! — гневно воскликнул кузнец.