– Я у ног твоих, великий царь! – кланяется советник, опускаясь на колени перед Асархаддоном.

– Поднимись и скажи, ждет ли нас удача в предстоящем походе на Египет, – говорит Асархаддон, сделав милостивый жест приветствия – знак особого расположения к Белушезибу.

– Могу сказать, мой господин, – отвечает советник. – «Если звезда, подобная головне, загорится на востоке и зайдет на западе – войско врага будет грозить нападением. Если южный ветер восстанет шквалом, а восстав, определится, а определившись, установится, а установившись, станет бурей, а став бурей – погода стихнет, – правитель, отправившийся в поход, захватит всякого рода богатство».

– О, ты хорошо помнишь гадательную книгу жрецов! – воскликнул Асархаддон, довольный добрым предсказанием. – Если верить истине этих слов, то быть великой битве, и к ногам нашим падет Египет.

– Боги слышат, как справедливы твои слова, великий господин мой! – ответил, кланяясь, Белушезиб. – Я верю, что поход наш на Египет принесет нам удачу. Войска наши многочисленны, как саранча; конница – быстрее могучих горных птиц, а лучники и копьеносцы наши не знают соперников.

– Все это верно, – согласился Асархаддон. – А вот не думаешь ли ты, что урарты, восставшие из праха и тлена, вздумают отомстить нам за кровь своих предков? Они снова сильны и полны злобы.

Асархаддон прищуривает правый глаз и вопросительно смотрит на советника. Он верит этому испытанному воину и хочет знать его мнение.

Прежде чем начать поход на Египет, Асархаддон должен развеять свои сомнения, которые появились вместе с дурным донесением лазутчиков.

Ему надо быть уверенным в том, что враги его – урарты, маннеи

– Я знаю донесения лазутчиков, – отвечает советник, смело глядя в гневные глаза Асархаддона. – Урарты снова сильны и могущественны. Но войны они не хотят. Посмотри, чем занят Руса, сын Аргишти? Разве он кует оружие, скликает войска? Нет, он не готовится к битве. Он строит города и оросительные каналы, разводит сады и виноградники. Он угоняет рабов в горы, чтобы добывать медную руду и железо. Урарты снова сильны, но им с нами не сравниться. А когда завоюем Египет, то сильнее нас не будет страны. Тогда, быть может, и сами повторим поход Саргона.