И все-таки уличная толпа не казалась нам враждебной. По улицам взад и вперед шли оглушенные всем происходящим люди. Да, много пришлось им пережить за шесть лет… Однажды в детстве я видел страшный немой фильм (тогда еще не было звукового кино). В фильме рассказывалось о враче, создавшем человека без мозга. Это была одна из тех кошмарных картин, после просмотра которых неделю плохо спишь. Вот именно такими, лишенными мозга, казались люди, ходившие по улицам.

Мы заговаривали с тем, с другим, с кондукторами, с торговцами, по привычке называя их «товарищами». Иные отзывались, другие доброжелательно предостерегали нас, кое-кто грубо обрывал, но без особого запала. Все как будто боялись, и никто не знал, как держаться. И только на одном сходились они все решительно (вернее, торговцы, к которым мы обращались): на нежелании брать «белые» деньги.

Кишпештских друзей мы не застали. Один ушел в Красную армию во время последней мобилизации, и кто знает, где он теперь. Другого не оказалось дома, а может быть, он велел жене всем говорить, что его нет. Третий заступил в смену.

Мы зашли к моему старому другу, живущему на Кебаньском шоссе. Он радушно предоставил нам ночлег и ужин.

Утром хозяйка насовала нам в карманы всякой снеди – все, что нашла в доме, – но попросила, чтобы мы больше не приходили. Ее муж был членом заводского совета на паровозостроительном заводе. Бедняжка смертельно боялась, что его арестуют и он попадет из-за нас в еще большую беду.

На другой день мы отправились в Уйпешт. Там жили семья Белы и его друзья. В Уйпеште нам сказали, что Отто Корвин заходил в Дом металлистов на улице Ваци и даже выступил там с речью.

Новость нас очень обрадовала: значит, наверняка вскоре сможем с ним связаться.

Но нам сообщили и о менее приятном: в городе начались первые аресты. Главного доверенного небольшого механического завода, где начал когда-то свой трудовой путь и Бела, прямо с ночной смены забрали два сыщика. Уже на улице они начали его бить.