Все узнали о том, что я пропала без вести. Отец опять ходил в Morgue; меня искали напрасно.

— Ваша мнимая смерть принесла, по крайней мере, один хороший плод, — сказала мне мадам д'Альбре, — отец ваш взял все в свои руки.

— Бедный отец и матушка! — отвечала я со слезами, — Мне жаль их.

— Конечно, его жаль, — сказала мадам д'Альбре, — но его мучит больше всего совесть. Эгоизм заглушал в нем сострадание, и он принес вас в жертву, лишь бы избавиться от семейной перебранки и шума. Подумайте только, Валерия: если вы хотите воротиться домой, то время еще не ушло. Полк выходит не раньше четверга.

— Я боюсь воротиться домой.

— Да, и сказать вам правду, эта история выставит вас в неблагоприятном свете, если вы воротитесь домой. Вы причинили много горя сестре моей и ее мужу. Они примут вас уже не так радушно, потому что вы играли их чувствами. После всего, что случилось, вы не можете быть счастливы в вашем семействе. Отец ваш легко может обойтись и с тринадцатью детьми; у него только и состояния, что его шпага. Я все это обдумала прежде, нежели сделала вам предложение, и теперь думаю, что вам лучше всего оставаться здесь.

— Отцу моему было бы легче, если бы он знал, что я жива.

— Я и сказала бы ему, если бы это было возможно.

— Вы правы.

— Кажется.

— Да, — отвечала я, — все это правда, а все-таки я не могу не жалеть о нем. Я последовала вашему совету, но чувств моих уничтожить не могу.

— Они делают вам честь, и я не порицаю вас за них. Только не давайте им слишком много воли.

До отбытия полка в Лион оставалось еще три дня. Я была в сильной печали. Я воображала себе, как мучится отец; я готова была бежать в казармы и броситься в объятия родителей. .. Мадам д'Альбре удержала меня. Теперь мне понятны неосторожность и необдуманность советов ее, но тогда я была слишком молода и легкомысленна.

— Я принесла вам новости, — сказала мадам д'Альбре возвратясь из казарм, куда ездила провожать сестру. — Брат ваш, Август, возвратился, но переведен в другой полк, в Брест.