Старичок долго укорял его за испорченный бланк, в котором Шумов нахально прочеркнул графу "отчество".

- Ну не знаю я ее отчества. Не знаю, и все тут! - с отчаянием воскликнул Гриша.

- Да, да. Вы не знаете. Между тем Петроград - город пространный, и жителей в нем обитает много. Вполне можно допустить, что здесь проживает десять Талановых: одна - Петровна, другая - Сидоровна...

Это было хорошо известно и самому Григорию Шумову. К чему тогда вся эта болтовня? Выходит, надо ему возвращаться ни с чем восвояси и примириться с мыслью, что во всем городе у него один только знакомый Евлампий Лещов, да и с тем он расстался, не прощаясь, по причине, конечно, плохого своего характера.

Словоохотливость старичка, однако, оставляла какую-то надежду, вернее тень ее. Совсем слабенькую, еле заметную тень.

- А нельзя ли как-нибудь... - начал Гриша.

- Нельзя. За отсутствием исчерпывающих данных.

- Но должен же быть какой-то выход!

- А какой? Выскажитесь.

- Если даже в городе окажется десять Талановых...

- Талановых Нин. А там еще пойдут Ирины, Натальи.

- Мне нужна только Нина!

- Вам нужна только Нина. Это-то я понял, - и сухие губы старичка неожиданно раздвинулись - от улыбки, совсем не злой.

Гриша воодушевился:

- Послушайте! Надо придумать...

- Увы, это не входит в мои служебные обязанности. - Поглядев на Шумова, старичок вздохнул: - И вести с просителями (он так и сказал "просителями") излишне подробные разговоры тоже не входит... Но, молодой человек, я сам носил когда-то фуражку с тем же голубым околышем, что и у вас. Да, да, я сам был студентом. Не окончил курса, нет. Обстоятельства не позволили...

- А если взять десять, - сказал Шумов, не заинтересовавшись обстоятельствами старичка, - если взять хоть двадцать опросных бланков на всех Талановых, которые живут в Петрограде? Я оплачу все справки...