Рой пчел подлетел к нему.

— Тихонько, мальчик, тихонько! — хихикнула старуха. — Успокойся! Мои стражи не любят резких движений, их очень легко разозлить. Даже мне приходится усмирять их дымом, чтобы вынуть мед из улья. Даже мне.

Она отдала приказ, и пчелы скрылись у нее под шалью. Потом старуха упрятала деньги в глубокий карман и обратилась к путникам:

— Пусть это послужит вам уроком. И передайте всем остальным бродягам, что другим ворам не будет пощады!

Лиф, Барда и Жасмин колебались.

— Убирайтесь! — Старуха погрозила им кулаком. — Возвращайтесь-ка на ту дорогу, по которой пришли.

— Мы пришли не по дороге, — не выдержала Жасмин. — И мы не воры!

Старуха задумалась.

— Если вы пришли не по дороге, то откуда же? В мой сад нет другого пути, кроме…

Резким движением она схватила край плаща Лифа и пощупала его. Он все еще был влажным. Старуха недоверчиво посмотрела на канал и на серый дым, который поднимался над долиной Крыс.

На ее морщинистом лице появился страх.

— Кто вы такие? — прошептала она. — Нет, не говорите! Просто уходите быстрее! Если вас увидят вместе со мной, то даже мои пчелы не защитят меня.

— Как нам найти дорогу? — спросил Лиф.

— Пройдите через сад, там есть калитка. Торопитесь! И никому не говорите, что вы здесь были. Забудьте обо мне.

— Можете на нас положиться, — заверил ее Барда. — Надеюсь, вы тоже забудете, что нас видели.

Она молча кивнула. Друзья повернулись и пошли к саду.

— Удачи! — крикнула старуха им вслед.

— Как мило с ее стороны пожелать нам удачи, — съязвила Жасмин. — Пару минут назад она хотела, чтобы нас до смерти искусали пчелы. И деньги не вернула!

Барда пожал плечами.

— Кто знает, что ей пришлось пережить? Может, у нее есть причины не доверять незнакомцам. Похоже, она тут совсем одна со своими пчелами.