Достав нож, юноша принялся чистить еще живых рыб.
Поняв, что теперь можно купаться мальчик бросился в воду. Шустрые маленькие рыбки помчались от него в разные стороны. Брызги летели направо и налево. Малыш не умел плавать. Он просто резвился в воде, не походя ни на человека, ни на обитателя реки. Наблюдая за ним, юноша расхохотался.
«Он просто ребенок. Как он может что-то понимать? Мы обязательно завоюем все, что нам нужно на том берегу».
14
Малыш прислонился к пахучей сосне, расположившись поодаль от остальных. Старые друзья навестили Рыву. Мужчины пили много сладкого медового вина, шумно говорили, смеялись безудержно и дерзко. Копья стояли рядом, упершись в дерево. Кабаньи кости догорали в костре. Рыжебородый варвар лежал под деревом и смеялся, сложив сильные руки на округлившийся живот.
- Ты помнишь, Рыва, как мы отбились от булгар
- Разве я могу такое забыть, Волк!?
- Хорошо, брат!
- Отец расскажи, во имя Перуна! Расскажи! - взмолился голубоглазый юноша с недавно выросшей светлой бородкой.
- Да-да, Волк… Нам всем будет приятно послушать… вспомнить старые времена… - согласился рыжебородый варвар. Подмигнул боевому товарищу. - Ну? Не тяни, брат!
Амвр снял божью коровку с широкого листика. Посчитал темные крапинки на оранжевом фоне. Четыре. Значит ей четыре года. «Лети!» - беззвучно приказал малыш. Насекомое вспорхнуло с ладошки, полетело в сторону откуда доносились пьяные голоса и пахло жареным мясом.
Чернобровый склавин вытянул шею, украшенную золотым обручем римской работы:
- Булгары гнали нас много дней, хотели отнять добычу, что мы взяли тогда у дулебов
Рыва вздохнул. Потер красное ухо.
- На ночь мы смыкали повозки в круг и ждали. Кочевники видели наши костры и не нападали. Так было четыре ночи. Потом мы с Рывой сели подумать и решили: надо погасить огни и устроить засаду. Один день пройдем ускорено, а потом будем ночевать без костров. Князь дело одобрил. Так и вышло.