Валентин посмотрел на него, вдруг взгляд его сверкнул как молния; он положил руку на плечо графа и спросил:

– Стало быть, ты действительно очень любишь эту женщину?

– Да!

– Что ж! – продолжал Валентин, пристально на него глядя. – Я могу возвратить тебе эту женщину!

– Ты?

– Да.

– О! Ты сошел с ума! Она уехала. Кто знает, в какую часть Америки она удалилась!

– Что за беда.

– Я разорен!

– Тем лучше!

– Валентин, остерегайся своих слов! – вскричал молодой человек с горестным выражением в голосе. – Невольно я начинаю тебе верить!

– Надейся, говорю я тебе.

– О! Нет! Нет! Это невозможно!

– Нет ничего невозможного. Это слово выдумано слабаками и трусами. Повторяю тебе, что не только я возвращу тебе эту женщину, но еще она сама, слышишь ли ты, она сама будет бояться, чтобы ты не отверг ее любви!

– О!

– Кто знает, может быть, ты ее отвергнешь!..

– Валентин!

– Чтобы сделать это, я прошу у тебя только два года!

– Так долго?

– А, вот каковы люди! – вскричал солдат с иронической усмешкой. – Минуту назад, ты хотел умереть, потому что слово никогда стояло перед тобою, а теперь ты не чувствуешь себя в силах подождать два года! Что такое два года? Несколько минут человеческой жизни!..

– Но...

– Будь спокоен, брат! Будь спокоен! Если через два года я не исполню обещания, я сам отдам тебе пистолет и тогда...

– Тогда?

– Ты убьешь себя не один, – сказал Валентин с холодностью.

Граф взглянул на него. Валентин преобразился, лицо его имело выражение неукротимой энергии, которой граф до сих пор еще никогда в нем не замечал. Молодой человек признал себя побежденным, взял руку своего молочного брата и крепко пожав ее, сказал: