— Его всё равно трогать нельзя? — спросил Саша. — Он всё равно ядовитый?
— Очень ядовитый. Особенно для мух. Потому и называется мухомор. Мух морит, понял?
А ещё на следующее утро уже сам Саша позвал папу смотреть мухомор.
— Пошли? — сказал он папе.
— Пошли! — И папа положил на пенёк возле забора молоток, которым вбивал гвозди.
— Спой ему песенку, — попросил Сашенька, когда они подходили к бузиновым зарослям.
И папа снова запел тихим-тихим голосом:
— Вот это да! — воскликнул Саша, когда увидел мухомор.
Теперь шляпка у него была чуть ли не с суповую тарелку, а каждое белое пятнышко с большую горошину. Он стал настоящим великаном, их красный мухоморчик!
— Я хочу его немножко потрогать, — сказал Саша и подошёл к мухомору-великану.
— Разве ты забыл? — спросил папа. — Мы же с тобой договорились…
— Немножко, совсем немножко, — не отставая, просил Саша и даже протянул руку к мухомору. Ему хотелось не только погладить красную шляпку с белыми пятнышками, но даже отщипнуть кусочек: а может, он сладкий вроде леденца?
— Пошли, мальчик, — сказал вдруг папа. — Нас с тобой работа ждёт, а мы тут прохлаждаемся.
Он взял Сашину руку, и они отправились чинить забор: работы у них было ещё порядком.
А к вечеру из Москвы ждали Машеньку. К вечеру она и приехала.
— Вот она, наша старшая дочка, — сказал папа, поглядев на калитку.
И бабушка сказала:
— В самый раз! Сейчас будем ужинать, всё готово!
И загремела, зазвенела, забренчала кастрюльками, тарелками, ложками, вилками… Очень много всего нужно поставить на стол, когда они впятером — папа, мама, бабушка, Машенька и он, Саша, — садятся за стол ужинать или обедать!