— Ударился, но череп вроде цел. Дайте-ка воды.

Он протянул руку, и Хасар снял с седла кожаный бурдюк, вырвал зубами затычку, налил немного теплой воды в раскрытый рот Тэмуге.

— Смотри, чтоб не захлебнулся, — ввернул Бектер, напомнив остальным, что он-то еще сидит верхом, а значит, как бы присматривает за младшими.

Тэмучжин не удосужился ответить. Его раздирали страхи. Он думал, что сказать матери, если Тэмуге умрет. Вряд ли они осмелятся признаться, пока у нее в чреве очередной ребенок. Она еще слишком слаба после болезни, и Тэмучжин считал, что потрясение убьет ее, но как утаить несчастье? Оэлун очень любит Тэмуге, то и дело сует ему в рот сладкий грут. Вот почему младший такой пухлый.

Тэмуге вдруг закашлялся и выплюнул воду. Бектер фыркнул, словно все это глупые детские игры и он устал от этой малышни. Остальные радостно переглянулись.

— Мне привиделся орел, — вдруг сказал Тэмуге.

— Хорошее предзнаменование, — кивнул Тэмучжин, — но тебе надо научиться хорошо ездить верхом. Нашему отцу будет стыдно перед сородичами, если он узнает, что ты упал. — Тэмучжину пришла в голову другая мысль. — А если он узнает, то на курултае нам могут и не позволить участвовать в скачках!

Даже Хасар перестал улыбаться, а не на шутку встревоженный Хачиун поджал губы. Тэмуге открыл рот, и Тэмучжин дал ему еще воды.

— Если кто спросит про твою шишку, говори, что мы играли и случайно тебя ударили. Ты понял, Тэмуге? Это тайна! Сыновья Есугэя не выпадают из седла!

Тэмуге видел, что все смотрят на него в ожидании ответа. Даже Бектер, которого он так боялся. Он закивал и поморщился от боли.

— Я ударился головой, — словно во сне произнес он. — И увидел орла на красной скале.

— На красной скале нет орлов, — откликнулся Хасар. — Я там ловил сурков всего дней десять назад. Я бы заметил.