Караван господина дю Моншов, де ла Грангренуйер де ла Жавель начал долгий путь во Францию.

Ранг благодетеля и, соответственно, размах путешествия позволял путникам не делать остановок на постоялых дворах с их скученностью и дороговизной.

Маршрут маркиза был отлажен, на ночлег останавливались либо в монастырях или знакомых поместьях, либо ночевали в экипажах.

Как-то утром Жанну и Жаккетту навестил секретарь благодетеля, довольно унылого вида человек. Он предложил Жанне прогулку верхом.

Жанна засиделась в экипаже, поэтому с удовольствием согласилась, хотя и немного удивилась.

Она заняла место в седле подведенного секретарем скакуна и они пустились вскачь по дороге, оставив далеко позади неторопливо тянущиеся повозки.

Как только Жанна исчезла, в экипаж золотым дождем просочился благодетель.

– Приветствую Вас, драгоценная госпожа Нарджис! – припал он к руке Жаккетты.

– Доброе утро, господин бла… маркиз! – без строгого надзора Жанны Жаккетта чуть не сделала с маху ляп.

Благодетель ничего не заметил.

– Госпожа Нарджис, общение с Вами для меня драгоценно! – затянул он хвалебную песнь. – Ваша простота и искренность просто бесподобны! Во многих дамах кокетство и жеманство настолько закрывают их истинную душу, что можно бесконечно вести с ними беседы, но разговор будет пустым и никчемным, словно жужжание шмеля. Ваше же слова всегда отличаются глубоким смыслом и из бесед с Вами мне открывается совершено новый мир…

«Куда он клонит? – не могла понять Жаккетта. – Про турниры любви не говорит, значит, в постель пока не тянет. А что ему тогда надо? Непонятно. Неужели ничего не надо? Да быть такого не может!»