— Что ты. Лис? — спросила она. — Мы ведь должны ему помочь, а то он не успеет приготовиться к буре.

Сестрица как вылитая, ей только бы унизить меня перед Криком. Голос нежный, как всегда, лицо озабоченное. Мне захотелось ей врезать.

— Иди пока сам, — сказала я Крику. — Мы придем, когда сможем.

Позже, у Капитана, мы забивали досками окна. За работой они трое весело перекликались. Капитан не хотел уносить ничего наверх и смеялся над моими страхами — а вдруг низ затопит? Потом мы взяли молотки, гвозди, доски и отправились к тетушке Брэкстон, чтобы заняться ее окнами. Вскоре пришел папа, и мы быстро управились.

— Переночуете у нас, Хайрем? — спросил папа.

Капитан быстро улыбнулся, словно благодарил за то, что папа назвал его по имени, и сказал:

— Нет. Спасибо. Говорят, в бурю любой порт сгодится, но я предпочитаю дом, если уж можно выбирать.

— Большой будет шторм.

— Да, видно.

Капитан собрал свои причиндалы, помахал рукой и пошел к себе.

Спала я в то время крепко, и разбудил меня папа, а не ветер.

— Луиза!

— А? Что?

Я присела на кровати.

— Тиш-ш… — сказал он. — Сестру не буди.

— А что там?

— Буря идет. Схожу-ка я, сниму мотор, утоплю лодку.

Я знала, что это — крайняя меря.

— Помочь тебе?

— Нет, там полно мужчин.

— Ладно.

И я опять заснула. Он ласково меня подергал.

— Иди лучше за Капитаном. Приведи его к нам, на всякий случай.

Теперь я совсем проснулась. Папа беспокоился. Я вскочила, натянула прямо на рубашку рабочий комбинезон. Дом трясся, как паром капитана Билли.

— Дождь уже идет? — спросила я у дверей. Ветер завывал так, что я не слышала.