Тот кивнул, а оберштурмфюрер [

— Итак, мы собрались в полном составе, — сказал фон Зангер, — можем начать. Садитесь, пожалуйста, господа офицеры. — Он развернул перед ними карту, услужливо по данную начальником штаба.

Девять голов склонились над ней.

— Наше наступление, — полковник провел карандашом по линии, нанесенной на карту начальником штаба, — начнем здесь, в районе села Каменка. Разведкой установлено, что в этом месте мы можем встретить лишь слабое сопротивление противника. В связи с этим перед нами стоит за дача всеми силами дивизии нанести внезапный удар, про рвать большевистскую оборону и уничтожить укрепления на узком участке фронта. Танковый прорыв должен быть не менее двадцати — двадцати пяти километров в глубину обороны противника с задачей закрепиться в районе местечка Шепельниково. Там мы совершаем маневр, меняем направление марша под прямым углом, поворачивая на север. За тем, через пятнадцать — двадцать километров, соединяемся с 33-й танковой дивизией. Таким образом, в течение восьми — десяти часов прорываем фронт противника на расстоянии не менее сорока километров. Используя замешательство и дезорганизацию противника, подтягиваем резервы, наносим второй удар и захватываем обширный плацдарм для дальнейшего наступления… Залог успеха нашей операции — внезапность наступления. Помните, господа, что сей час сорок второй год — это не лето прошлого года. Больше вики сумели оправиться, подтянули свежие силы и пытаются создать крепкую оборону линии реки Каменицы. Только внезапный, массированный танковый удар по обороне противника может принести успех нашей операции и позволит выполнить задачу, поставленную перед нами командованием корпуса. Все ли ясно, господа офицеры? Есть ли вопросы? — Полковник снял очки, протер их лоскутком замши, блуждая тусклым взглядом близорукого человека по лицам своих офицеров.