Убитых и раненых отнесли в сарай; Фанний был мертв, командир солдат тоже — он случайно удавился в сети. Каст, хилый и вертлявый человечек, окрестил сарай споларием — так называлось место, куда убирали с арены тела убитых. Его шутка была встречена громовым смехом. Слуг, выведенных из коровника, толкнули к солдатам. Слуги были перепуганы: они поняли по звукам, что происходило во дворе, и предпочли бы остаться с коровами.

На высунувшихся наружу служанок никто не обратил внимания. Некоторые из гладиаторов вернулись в дом, досыпать. Старик Никос сидел среди солдат, привалясь к стене. Человек в шкурах подошел к нему.

— Ты плохо кончишь, — предупредил его Никос.

— Послушай, Никос, — медленно проговорил человек в шкурах, — разве смерть на арене — это, по-твоему, хороший конец?

Все во дворе навострили уши.

— Вы пошли наперекор заведенному порядку, — сказал Никос. — К чему это может привести?

— К дьяволу все порядки! — откликнулся вертлявый Каст. В этот раз никто не засмеялся.

— Что скажет хозяин, когда мы вернемся без вас? — молвил Никос.

— Сомнительно, что вы вообще вернетесь, — подсказал Каст. Все ждали продолжения.

— Ты мог бы уйти с нами, Никос, — предложил человек в шкурах.

— Не для того я сорок лет честно прослужил, — возразил Никос, — чтобы теперь превратиться в убийцу и головореза.

Постепенно вокруг него образовался круг из гладиаторов.

— Как вы поступите со всеми ними? — спросил Никос, указывая кивком головы на солдат, многие из которых растянулись на земле, в большинстве пожилых людей.

Гладиаторы молчали. Стоя группками по три-четыре человека, они поглядывали на солдат в углу двора. Некоторые солдаты храпели, некоторые беседовали между собой.

— Когда мы вернемся, — заговорил один немолодой солдат, — нас выгонят из полка, а может, и того хуже. Может быть, нас всех повесят на крестах.