В полдень весь состав Морского корпуса построили во фронт на плацу. Приняв доклад от своего помощника, капитана 1 ранга Федорова, адмирал неспешно обошел весь строй. Несколько задержавшись около выпускных классов гардемаринов, он остановился в центре плаца. Сухопарый, подвижный, в ладном парике, он как всегда выглядел подтянутым и немного озабоченным:

— Ведомо вам, господа гардемарины и кадеты, что супостат, Оттоманская Порта, нарушила договор прошлой осенью и пытается отторгнуть исконные земли российские.

Заложив руки за спину, сделал несколько шагов вдоль строя, как бы собираясь с мыслями:

— Нынче недруги наши оживились и на берегах Балтийских, матушка-государыня повелела посему пополнить корабельный состав. Однако офицеров нехватка великая.

Директор подошел к правому флангу, где выстроились выпускные гардемаринские классы. В одном из них вытягивал шею четырнадцатилетний Юрий Лисянский, неподалеку торчал долговязый, семнадцати лет от роду Иоганн Крузенштерн, перекрещенный в Ивана…

— Посему ея императорское величество высочайшим указом подписала в нынешнем году произвести выпуск господ гардемаринов сверх срока, без стажирования.

В рядах старших загудели. Адмирал выждал, пока не установилась тишина, и закончил:

— Не уповайте, что все в легкости произойдет. Испытаны будете по всем предметам, после чего выпущены «за мичманов». Кампанию проведете в должностях офицерских и ежели аттестованы будете, то вас произведут в мичманы…

На следующий же день начались экзамены. Проверяли строго, никакой поблажки выпускникам не делали, но и не «заваливали». Экзамены еще не закончились, а выпускникам начали давать денежное довольствие на пошивку новых мундиров. Все швальни

1 мая 1788 года состоялся офицерский выпуск. Гардемаринов произвели «за мичмана», и все они тут же получили предписание на корабли. Лисянского назначили на фрегат «Подражислав», где он сойдется с командиром Гревенсом, Крузенштерн попал на корабль «Мстислав» под начало Муловского…