Только смерть Муваттали или Рамзеса положила бы конец конфликту, исход которого был бы решающим для будущего многих народов. Если бы Египет был побежден, хетты установили бы безраздельную власть, уничтожив тысячелетнюю цивилизацию, создаваемую, начиная с царствования Менеса, первого из Фараонов.

На мгновение Рамзес вспомнил о Моисее. Где прячется его друг детства, который бежал из Египта, совершив убийство? Поиски были напрасными. Кое-кто предполагал, что еврей, так деятельно принимавший участие в строительстве Пи-Рамзеса, новой столицы, возводимой в Дельте, был поглощен песками пустыни. Присоединился ли Моисей к мятежникам? Нет, он никогда не стал бы врагом.

— Ваше Величество... Ваше Величество, вы слушаете меня?

Глядя на испуганное и откормленное лицо этого чинуши, думающего только о своих выгодах, Рамзес вспомнил лицо человека, которого он ненавидел больше всего на свете, — Шенара, старшего брата. Презренный объединился с хеттами в надежде завладеть троном Египта. Воспользовавшись песчаной бурей, Шенар исчез во время его перевода из великой тюрьмы Мемфиса на каторгу в оазис. И Рамзес был убежден, что Шенар еще жив и не расстался с намерением уничтожить Рамзеса.

— Приготовь войска к сражению, полководец.

Озадаченный военачальник скрылся.

С каким бы удовольствием Рамзес упивался сладостью сада, находясь рядом с Нефертари, своим сыном и дочерью, как он наслаждался бы этим счастьем вдали от бряцания оружия! Но ему нужно было спасти Египет от набегов кровожадных орд, которые без колебаний разрушат храмы и будут попирать законы. Он не имел права думать о своем спокойствии, о своей семье, а должен был предотвратить беду даже ценой собственной жизни.

Рамзес посмотрел на крепость, которая преграждала путь, ведущий к сердцу земли Ханаана. Шестиметровые двойные стены укрывали солидный гарнизон, у зубцов стен застыли лучники. Рвы были наполнены острыми глиняными осколками, чтобы ранить ноги воинам, посланным установить лестницы.