— Бобби, стань за дверью, — приказал Галлахер, прохаживаясь перед распахнутыми воротами.

— Он не придет, — сказал верзила. — Ты его спугнул.

— Не надо было отпускать, — заметил другой напарник. — У него наверняка все бабки зашиты в поясе.

— Парни, парни, что я слышу! — огорчился Галлахер. — По-вашему, мы должны были залить кровью номер, в котором столько раз останавливались? По-вашему, я должен был отплатить черной неблагодарностью людям, которые столько раз давали мне приют? По-вашему, моя репутация стоит всего-навсего шесть сотен?

— Шесть сотен на дороге не валяются, — пробурчал верзила и прижался к стене, потому что во дворе послышались чьи-то шаги.

Какой-то мужичок с метлой подошел к воротам конюшни, но, увидев Галлахера, остановился. На его побледневшем лице появилось подобие улыбки.

— А, это ты, Рой…. Уже уезжаешь… Ну, не буду мешать…

Он попятился гораздо быстрее, чем шел до этого, и скрылся за углом.

«Пора», — решил Орлов и выбрался из-за укрытия.

— Вы принесли товар? — негромко спросил он, дружелюбно улыбаясь и держа руки на животе, под складками плаща.

— Черт! — Галлахер хлопнул себя по бедру. — Ты сейчас мог схлопотать пулю в лоб! Я терпеть не могу, когда меня окликают сзади! Бабки с тобой?

— Сначала покажите товар, — вежливо, но твердо попросил капитан.

— Сейчас! — Галлахер оскалился и подмигнул своим приятелям. — Смотри!

Все трое одновременно потянулись за оружием.

Рой Галлахер недаром считался весьма быстрым стрелком. Он первым обхватил рукоятку кольта и даже успел немного вытянуть его из кобуры. Капитан выстрелил в него прямо сквозь плащ, целя в левую половину груди.

Затем резко шагнул в сторону, поймав на мушку лоб верзилы. Взводя курок для третьего выстрела, он развернулся на пятке, чтобы уйти с линии огня. Но в том не было необходимости. Третий бандит даже не успел поднять руку с револьвером, когда пуля уже олкнула его на кучу сена.