— Вы должны были отомстить за свою каторгу!

— И если бы не помогла моя ненависть, я вернулся бы с пустыми руками.

— Об этом мы поговорим после, мой друг, Я сумею вас вознаградить,— проговорила черная маска.— Но где же сейчас находится девушка?

— В монастыре кармелитов, на улице Святого Антония.

— Так вы с Ренаром снова вхожи туда?

— Тайком, графиня! Девочка так ослабла, так ошеломлена дорогой, что покой…

— Понимаю,— прервала черная маска.— Монастырь — хорошее место, никто не заподозрит, что вы там. Я знакома с братом Эразмом и с настоятелем, больше того, они у меня в долгу.

— Я знаю, они часто пользуются вашим гостеприимством.

— Смотри ка, и здесь показывают гостям мои картины.

Мефистофель и Жозе оглянулись. Под звон колокола в задней части залы поднялся занавес. Взорам очарованных зрителей предстала живая картина необыкновенной красоты. Она изображала похищение сабинянок. Сцена меденно вращалась, в то время как участники картины не шелохнулись.

Впечатление, произведенное картиной, было так велико, что черная маска не могла скрыть своей радости от этого успеха.

— И все это ваших рук дело, графиня! — шепнул Мефистофель.— Вы в самом деле становитесь властительницей умов.

Черная маска стала осматриваться кругом и заметила за откинутой драпировкой одной из ниш освещенное магическим светом поразительно красивое лицо юной девушки. Оно было мечтательным, даже меланхоличным. Темные блестящие глаза и перевитые жемчугом черные волосы ясно говорили о ее принадлежности к пламенным дочерям знойной Испании. Матовая кожа, характерная для южанок, придавала ей необычайную прелесть. Ее точеная обнаженная рука свидетельствовала о прекрасном сложении.

— Обратите внимание на даму в жемчугах,— сказала черная маска Мефистофелю.— Необыкновенно хороша.

— Я никогда ее здесь не видел.

— Она новичок и не должна тут оставаться. Попробуйте под каким-нибудь предлогом завлечь ее ко мне во дворец.