- Если это... тело засунуть в ванну... то есть это... не тело, а золотую корону... то есть...

Петя со страхом смотрел в класс на лица ребят. Глаза их пока ещё выражали легкое недоумение, но кое-где уже послышались смешки. Славик Подберёзкин весь взмок и, пригнувшись за последней партой, шептал в приборчик почти уже вслух.

- Погоди, погоди, - удивлённо прервал Петю Андрей Иванович. - Что с тобой. Огоньков? У тебя с головой сегодня всё в порядке?

- Что-то... немного в ухе стреляет...

- Садись. Лечи своё ухо. В понедельник снова поговорим.

Петя сел на место, освободился от проклятого приборчика и швырнул его на колени Славику. Тот схватил коробочку, раскрыл её и быстро нашел неисправность.

- Тут ерунда, просто контакт отходит. Припаяю и всё будет в порядке.

Петя сидел надувшийся и ничего не отвечал.

На последнем уроке, в довершение всех бед, в класс стремительно зашла Вера Павловна, которая преподавала русский и литературу, а также была классным руководителем пятого "А".

- Огоньков и Подберёзкин, - она швырнула на стол сочинения, - как это называется?

- А что такое, Вера Павловна? - Славик поднялся из-за парты.

На этот раз ангельский взор не произвел должного впечатления. Учительница грозно сверкнула очками и шагнула вперёд:

- Что такое? Это называется плагиат и мошенничество, вот что это такое. Известно тебе, Подберёзкин, что такое плагиат?

Славик поднялся и, опустив глаза, пожал плечами.

- Если какой-нибудь лоботряс подписывает чужую работу своей фамилией вот это и называется плагиат. Подсудное дело, между прочим. А ты, Огоньков, знаешь. что такое мошенничество?

Петя тоже поднялся и начал смотреть в парту.

- Знаю, - прошептал он чуть слышно.

- Отлично, значит этого мне не нужно объяснять. В понедельник оба придете в школу с родителями, будем говорить о ваших летних занятиях. Да, да, Подберёзкин, не надо делать такие удивленные глаза, ты - по русскому языку и литературе; Огоньков - по математике и физике. Завтра я позвоню и сама договорюсь о встрече, вам верить нельзя.