Все ответили положительно, а Генрих Шарфенштайн, разумеется, ответил за себя и за племянника.

— Итак, слушайте, — провозгласил Прокоп. Прокашлявшись и сплюнув, он начал:

«Между нижеподписавшимися…»

— Простите, — прервал его Лактанс, — но я не умею подписываться.

— Черт возьми, — ответил Прокоп, — большое дело! Поставишь крестик.

— О, — прошептал Лактанс, — мои обязательства от этого станут только еще более священными… Продолжайте, брат мой.

Прокоп возобновил чтение:

«Между нижеподписавшимися: Жаном Кризостомом Прокопом…

— Ты не очень-то стесняешься, — прервал его Ивонне, — себя ставишь первым!

— С кого-то надо же начинать! — невинно возразил Прокоп.

— Хорошо, хорошо, — сказал Мальдан, — продолжай. Прокоп вновь стал читать:

«… Жаном Кризостомом Прокопом, бывшим прокурором при адвокатской коллегии в Кане и внештатным прокурором при адвокатской коллегии в Руане, Шербуре, Валоне…»

— Черт побери! — воскликнул Пильтрус. — Меня не удивляет, что ты составлял эту бумагу три с половиной часа, если ты перечислил титулы и звания каждого из нас, как свои… меня, наоборот, удивляет, что ты уже кончил!

— Нет, — ответил Прокоп, — вас я всех объединил под одним названием и каждому из вас придал всего одно определение; но я счел, что в отношении меня, составителя этого документа, перечисление моих титулов и званий не только уместно, но и совершенно необходимо.

— В час добрый! — заключил Пильтрус.

— Давай читай! — прорычал Мальмор. — Мы так никогда не кончим, если его будут прерывать на каждом слове… Мне лично не терпится сражаться.

— Дьявольщина, — сказал Прокоп, — не я же сам себя прерываю, кажется! И он принялся читать заново:

«Между нижеподписавшимися: Жаном Кризостомом Прокопом и т.д., Оноре Жозефом Мальданом, Виктором Феликсом Ивонне, Сириллом Непомюсеном Лактансом, Сезаром Аннибалем Мальмором, Мартеном Пильтрусом, Витторио Алъбани Фракассо и Генрихом и Францем Шарфенштайнами — капитанами на службе короля Генриха II…»