- Дело не в вооруженных силах, дело не идет о борьбе с войском, но о борьбе одной части войска с другой, - Ленин отодвинул стул, быстро прошелся по комнате. - Силы на стороне буржуазии невелики. Факты доказывают, что мы имеем перевес над неприятелем. Так скажите мне, почему ЦК не может начать? Это не вытекает из всех данных. Чтобы отбросить резолюцию ЦК, надо доказать, что разрухи нет, что международное положение не приводит к осложнениям... - Ленин ушел в дальний угол комнаты, и Михаил Иванович не расслышал нескольких слов. Зато последующие фразы прозвучали отчетливо:

- Объективные условия доказывают, что крестьянство нужно вести; за пролетариатом оно пойдет. Боятся того, что мы не удержим власть, но у нас именно теперь особенные шансы удержать власть. И я хочу пожелать, чтобы дебаты велись в плоскости обсуждения резолюции по существу.

- Слово товарищу Дзержинскому, - объявил председатель.

Феликс Эдмундович полностью поддерживает резолюцию. Восстание назрело. Пора.

- Товарищ Калинин, вы? - спросил Свердлов. Еще слушая Ленина, Михаил Иванович решил, что говорить много не будет. Зачем? Владимир Ильич ясно обрисовал узловые моменты, повторять нет смысла. Только свое мнение по главному пункту:

- Резолюция, товарищи, не значит, что завтра выступать, но она переводит вопрос из политики в стратегию и призывает к определенному действию... Не нужно сходить на путь парламентской борьбы, это было бы неправильно. Ждать, пока нападут, тоже не следует, ибо сам факт наступления дает шансы победе.

- Да, да, именно из политики в стратегию, именно так, - кивнул Владимир Ильич.

Председатель назвал следующего оратора. Потом еще. Один за другим говорили Крыленко, Рахья, Скрыпник, Сталин, Лацис, Бубнов. Все высказывались за ленинскую резолюцию. Даже Троцкий не выступил против. Тихим голосом, морщась, словно от какой-то боли, он лишь посоветовал отложить восстание до Второго съезда Советов.