Поняв, что пора и ему принять участие в споре, юноша, предварительно кашлянув, собрался.

— Ну, я тоже не верю в их любовь, — хрипло проговорил он, покраснев и стараясь не смотреть на Валерию, и вообще ни на кого, произносил куда-то в дальний угол сада. Все засмеялись — впрочем, как и над всеми другими репликами.

— Дети мои, — произнес Юпитер-Аэций, делая до смешного удивленное лицо. — Какие вы все-таки у меня циники!? Лучше спускайтесь-ка на Землю и испытайте их. Удастся соблазнить — я его накажу, ну а вас — награжу. А не удастся — так и быть, помогу этому бедолаге.

Элия тут же гибко спрыгнула с колен Юпитера и странно улыбаясь стала приближаться к Аттиле, так что он на какое-то мгновение опешил и остолбенел. Руса кто-то в это время в спину подталкивал к улыбающейся сквозь легкое смущение Валерии.

И тут Элия вдруг замерла.

— Если мы все будем делать одновременно, — сказала она, — останемся без зрителей. Предлагаю сценки соблазнений разыграть по очереди. Начнем с Ливии, — и с этими словами, улыбаясь, она вернулась на ложе и на правах дочери уселась возле Аэция.

— Просим-просим, — похлопал Аэций.

И Рус с серьезным лицом осторожно приблизился к девушке. Лицо Валерии, хоть и улыбалось, но тоже было залито краской.

— Э-э, — протянул Рус. — Прекрасная Ливия, можно составить вам компанию в этом саду? — несмело проговорил он.

— Вообще-то она в заточении, — тихо подсказал ему кто-то, и Рус смутился еще больше.

— Это не самое главное, — махнула рукой Элия. — Все нормально, — ободряюще кивнула она Русу, — продолжайте.

Ободренный поддержкой, Рус еще ближе приблизился к Валерии.

— Нет нельзя, — ответила Валерия вдруг пересохшими губами.