Я был близок к тому, чтобы обидеться.

— Не верю своим ушам! Спасибо за комплимент! Ты хочешь всучить верховному царю Фессалии сумасшедшую? Я не приму такого подарка!

Он схватил меня за локоть обеими руками:

— Пелей, разве я стал бы с тобой так шутить? Я всего лишь неудачно выразился, я вовсе не хотел тебя оскорбить, клянусь! Просто, едва я увидел тебя после стольких лет, сердце тут же подсказало мне, что эта женщина создана для тебя. У нее нет недостатка в знатных женихах — каждый благородный холостяк Скироса уже делал ей предложение. Но ей никто не нужен. Она говорит, что ждет того, кого бог обещал ей послать — вместе со своим знаком.

Я вздохнул:

— Будь по-твоему, Ликомед. Я познакомлюсь с ней. Но я ничего не обещаю, понятно?

Святилище Посейдона и сам алтарь (храма как такового у него не было) находились на другой стороне острова, менее плодородной и менее населенной, — довольно странное место для главного святилища повелителя морей. Каждый остров, окруженный со всех сторон его водными владениями, остро нуждался в его благосклонности. От его настроения и милости зависело, быть урожаю или голоду, да и колебателем земли его назвали не просто так. Я сам видел плоды его гнева — целые города, которые он сровнял с землей, и они стали тоньше, чем становится золотая пластина под кузнечным молотом. Посейдон был скор на гнев и очень ревностно охранял свой авторитет — дважды на человеческой памяти Крит был сокрушен божественной местью, когда цари его настолько возгордились, что забыли свой долг перед Посейдоном. То же самое случилось и с Терой.

Если эта женщина, с которой Ликомед так хотел меня познакомить, была дочерью Нерея — а ведь тот правил морями еще в те времена, когда миром с Олимпа

Я отправился к святилищу пешком и в одиночестве, одетый в обычную охотничью одежду.