— Это гоже, — пробасил Потихоня. — Как ты, Грек, скажешь?

Тощий Грек одобрительно кивнул головой:

— У наш Рыжий голова царский. Но кто выкуп боярину несёт?

— Петрушка, — уверенно произнёс Потихоня. — Он за парнишку малолетнего сойдёт. Кто к нему в дороге привяжется? Мы-то все приметны — что Грек, что Рыжий, что я… Фролка с Фомкой в ватаге нужны — без гусляра и гудошника нам худо будет.

— Да и не может Фролка с Фомкой того, что Петька умеет, — прогрохотал Грек. — Канат ходить, фокус делать, жонглёр быть, акробат, соловей петь… Петька — хорошо!

— Петрушка молод годами, да стар бедами! — сказал Фомка.

Ватага порешила: послать Петруху в дальние края, к боярину Безобразову с выкупом.

Товарищи посоветовали ему идти не в скоморошьем обличье, а простым мальцом одеться. Разве кто догадается, куда и зачем направляется бедный парнишка? Кто сможет подумать, что у мальчонки деньги есть?

— А если боярин выкуп возьмёт, а скоморохов не отпустит? — спросил Петруха.

— Так боярину же худо и будет, — усмехнулся Рыжии. — Дурная слава про него пойдёт. Уж никто ему никогда никакого выкупа не принесёт. Да и зачем ему скоморохи в яме? Деньги в мошне нужней… А то, случаем, такая ватага подберётся, что и красного петуха ему в дом подпустит. Он про это не хуже нашего знает.

— Если уж ты до самого боярина доберёшься — дело сделано, — подтвердил Потихоня. — Только ему самому в руки передашь выкуп, уразумел?

— Уразумел, — вздохнул Петруха.

Очень не хотелось мальцу уходить от товарищей, одному бродить по дорогам и городам. Не так-то уж весело, когда рядом нет друзей. Недаром на Руси говорят: друга иметь — не убыток.

Потихоня ножом ловко поддел бок своей дубинки, не заметная для глаза затычка выпала, обнаружилось хитро устроенное дупло. В дупле, как яичко в гнезде, лежал холщовый мешочек.