– Черт возьми! – прорычал хромой рыцарь на норманнском диалекте французского, который Ак-Бога понимал. – Это – конец света!

– Всего лишь конец для шумной толпы дураков, – прозвучал высокий, жесткий и холодный голос странного воина, похожий на скрежет меча в ножнах.

Хромой снова принялся ругаться:

– Дурак, не стой там как болван! Поймай мне лошадь! Моему чертову коню досталось. Я гнал его, пока кровь не брызнула мне на колени. Упав же, конь сломал мне лодыжку!

Высокий воткнул меч в землю и мрачно уставился на собеседника.

– Барон Фредерик, вы отдаете команды так, словно вы в своем саксонском поместье! Если бы не вы и остальное дурачье, то сегодня мы раскололи бы армию Баязида, как орех.

– Собака! – проревел барон с побагровевшим от нетерпения лицом. – Смеешь мне дерзить! Да я с тебя живого шкуру спущу!

– Кто, как не вы, унижал Избранного на совете? – зарычал высокий. Его глаза опасно заблестели. – Кто называл Сигизмунда Венгерского дураком из-за того, что он настаивал разрешить ему пустить вперед пехоту? И кто, как не вы, послушал молодого дурака Главного Констебля Франции Филиппа де Артуа, который повел рыцарей в атаку, не дождавшись поддержки венгерцев, что нас всех и погубило? И теперь вы – тот, кто первым повернулся спиной к врагу, увидев, что наделала ваша же глупость, – вы приказываете мне поймать вам лошадь!

– Да, и быстро, шотландский пес! – заорал барон, содрогаясь от ярости. – Ты мне ответишь за свою дерзость...

– Я отвечу прямо сейчас, – кровожадно прорычал шотландец. – Вы осыпаете меня оскорблениями, с тех пор как мы впервые увидели Дануба. Если я должен умереть, то сначала заплачу по одному счету!

– Предатель! – заорал, бледнея, барон, встав на колено и потянувшись рукой к мечу.

В этот момент шотландец с проклятием нанес удар, и крик барона оборвался страшным булькающим звуком. Огромный клинок шотландца прошел через плечевую кость, ребра, позвоночник, и искалеченный труп безвольно рухнул на землю, поливая ее кровью.