То была законная ruse de guerre, военная хитрость, подобных которой немало насчитывается в истории, но французское правительство явно намеревалось истолковать ее как нарушение воинских соглашений. С первым же конвоем его отправят во Францию или в Барселону, а там – военно-полевой суд и, вполне вероятно, расстрел. Бонапарт мстителен и к тому же стремится убедить Европу в подлости и двуличности англичан. Хорнблауэру казалось, что именно это он читает в глазах тюремщиков.

За время, прошедшее с пленения «Сатерленда», новость должна была добраться до Парижа, и распоряжения Бонапарта – вернуться в Росас. «Moniteur Universel», надо думать, захлебывается от восторга, расписывая всему континенту славную победу над линейным кораблем, неопровержимо доказывающую, что Англия, подобно древнему Карфагену вот-вот падет; через месяц-два та же газета сообщит, что бесчестный прислужник вероломного Альбиона заслуженно расстрелян в Венсенском замке или Монжуи.

1 – битва с каперами возле Уэссана; 2 – «Сатерленд» и Вест-Индский караван расстаются у мыса Сан-Висенти; 3 – полковник Кайяр везет Хорнблауэра в экипаже из Росаса; 4 – пленные бегут; 5 – замок де Грасай; 6 – Бриар – первая ночевка; 7 – Нант – захвачена «Аэндорская волшебница»; 8 – Нуармутье: сражение с береговыми лодками; 9 – встреча с Ла-Маншским флотом

Хорнблауэр прочистил горло. Удивительное дело – он не чувствовал и тени боязни. Мысль о скором и неминуемом конце пугала его куда меньше, чем расплывчатые страхи перед началом боя. Мало того – он почти с облегчением сознавал, что смерть избавит его от треволнений. Не надо думать о Марии, которая скоро родит, мучиться ревностью и томиться по леди Барбаре, жене адмирала Лейтона. Это будет достойный мужчины конец, а для такого человека, как Хорнблауэр – мнительного, вечно мучимого страхом провала или бесчестья – даже желанный.