Его чуткое ухо уловило какой-то детский смех и гомон где-то за воротами, потом кто-то прикрикнул, и вдруг наступила странная внезапная тишина.

Эту тишину сперва нарушил заливистый и звонкий детский хохот, а затем разорвал пронзительный женский крик, и краем глаза Медведев успел заметить какое-то движение чуть впереди над головой.

Когда-то в детстве, желая выработать у сына молниеносную реакцию, отец часто совершенно неожиданно бросал в него каким-нибудь предметом и Василий должен был не просто уклониться, а мгновенно поймать этот предмет, и крепко удержать в руках каким бы внезапным ни был бросок и каким бы тяжелым ни был предмет.

Вот так и сейчас Медведев автоматически шагнул чуть вперед, увидев падающее со стены тело, и безошибочным движением успел подхватить его на руки.

Сила падения с высоты пяти саженей была так велика, что даже крепкий, ловкий и натренированный мужчина в расцвете сил, каким был в свои двадцать семь лет Медведев, едва удержался на ногах и непроизвольно опустился на одно колено, чтобы не дать телу девочки коснуться земли.

Он скорее по одежде сразу догадался, кто это, хотя тут же вспомнил, что однажды, правда издалека, видел княжну Олену, когда в прошлом году Великая княгиня вместе с детьми провожала в Тверской поход своего супруга.

Василий бережно поставил великокняжескую дочь на ноги и, сняв шапку, улыбнулся, попытавшись пошутить, чтобы успокоить испугавшегося ребенка.

— Какой подарок с небес, княжна. Мне показалось, что ко мне спускается ангел.

Однако княжна Олена вовсе не выглядела испуганной, просто она изумленно глядела на Медведева широко открытыми глазами, по-прежнему прижимая к своей груди букетик подснежников.

Со всех сторон к ним устремились придворные, слуги, стражники, строители и сама Великая княгиня Софья, запыхавшись, сбегала вниз по лестнице, на ходу крестясь, и благодаря Бога за чудо.

В те несколько коротких мгновений, когда они еще оставались одни, княжна Олена сказала: