В правом нижнем углу была изображена большая гора с белой конусообразной вершиной, каких много встречается в хребтах Аляски. По диагонали от нее — вторая гора с дымящейся вершиной — вулкан. Но и вулканы не редкость на Аляске. Между двумя горами прихотливо извивались реки, ручьи, поднимались невысокие горные хребты и залегали долины с причудливыми изгибами. В конце одной из долин с протекавшим по ней ручьем был нарисован доллар с одноглавым орлом. Рисовал план, видимо, моряк, так как страны света обозначались компасной картушкой, со всеми тридцатью двумя румбами. Карга была немая, без названий местных предметов.

— Ты отобрал эту карту у нувуков, Красное Облако?

— У нувука с длинной черной бородой. Он смеялся, когда мы взяли у него этот мешочек с золотом, но за эту тряпку он дрался руками, ногами, даже грыз нас зубами. Громовая Стрела совсем тихо стукнул его по голове обухом томагавка.

Вождь склонился над картой, разглядывая ее.

— Велика мудрость белого человека! Словно на крыльях поднялся он к облакам и оттуда нарисовал землю ттынехов.

Красное Облако скатал парусину, сунул за пазуху и долго молчал, закрыв глаза. Андрей знал, что так индеец думает о важном и трудном. Но вот веки его приподнялись, и взгляд, острый, как осока, остановился на русском.

— Ты хочешь видеть, где растет золото ттынехов?

— Не хочу, — просто ответил Андрей. — Белый человек жаден до золота. Я боюсь его соблазнов,

— Хорошо сказал, — довольно кивнул головой Красное Облако. Губы его дрогнули было в улыбке, но он не выпустил улыбку наружу и, поднимаясь с нар, сказал:

— И большой тропе, и большому разговору бывает конец. И ночь кончилась.

Он первый пошел к выходу. Андрей вышел за ним.

Небо посветлело, но солнце еще не взошло. Горы стояли в нежно-голубых тенях. В лесу проснулся и застучал дятел. По стойбищу раздавались женские злые крики и глухие удары. Женщины запрягали собак ехать в лес за хворостом для костров. «В лес по дрова, совсем как в наших деревнях, — подумал Андрей. — Боже, как похожи все люди друг на друга!»